| Часть третья. Мои университеты. В 54-м году окончивших школу с золотой медалью зачисляли в любой ВУЗ без вступительных экзаменов. Но был один крутой институт под названием Физтех, в который экзамены сдавали все. Я раздухарился, решил попробовать. Набрал пограничное количество баллов. На заключительном собеседовании выяснилось, что простодушный провинциал не готов к хитрым, на сообразительность, задачкам-загадкам. Получил жестокий урок, узнав свою истинную цену. А в приёмной комиссии физфака МГУ меня ждала очень неприятная новость - квота на медалистов выбрана, "где вы были раньше". Так я оказался вынужденным в то лето сдавать экзамены в третий раз. На этот раз их было семь (!). Потерял только три балла - и был принят. В последствии благодарил судьбу, что оказался в МГУ, а не на Физтехе. Прекрасная пора студенчества по слухам была для физтеховцев во многом отравлена излишней строгостью учёбы и быта. Как говорится, не было счастья, да несчастье помогло. Пять с половиной лет студенчества - лучшая часть жизни. Я не истязал себя науками, основной акцент делал на ударную неделю непосредственно перед экзаменом. Лекции читали такие корифеи, как Ландау, Тамм, Арцимович - мы слушали их раскрыв рот. Особенно хороши были их оффтоп-комментарии. Запомнился фестиваль молодёжи 57-го. В актовом зале МГУ выступал студенческий дикси-ленд из США - до сих пор помню как лихо они играли "When the saints go marchin' in". Годом раньше, в 56ом, была работа в целинном совхозе в Казахстане, а двумя годами позже - армейские месячные сборы в части ПВО под Москвой. Не скажу, что эти летние занятия доставили удовольствие, но некоторую пользу для воспитания характера всё же принесли. На втором курсе познакомился с двумя английскими аспирантами. Один из них подсунул мне книжку Оруэлла "1984". Меня как обухом по голове треснули - я ясно понял, в каком перевёрнутом мире мы живём. Мне стало ужасно стыдно за свою родину - возвращая книжку, я проблеял, что, мол, это не про нас. Аспирант заржал и спросил, почему это вдруг пришло в мою голову. Последовала другая книжка - "Animal Farm" того же автора. Девиз "Все равны, но некоторые более равны, чем другие" окончательно поставил всё на свое место. В отличие от "капиталистических" студентов, ребят из стран "народной демократии" подселяли к нам. Один год моим соседом был поляк, а в сентябре-октябре 56ого - венгр. Потом он смотался домой и не вернулся. Вероятно, сгинул на будапештских баррикадах... В нашей группе был китаец. Отлично говорил по-русски, хорошо учился, много времени проводил с нами, изредка даже участвовал в попойках. С началом "культурной революции" был оперативно изъят из нашей среды и отправлен в Китай, надо полагать, на деруссификацию. На физфаке всегда была напряжёнка с женским полом, преобладали "синие чулки". Наши половые разбойники предпочитали нежных "биологинь" с биолого-почвенного факультета, супротив которых могли противостоять лишь "геологини", поскольку были непрочь предаваться любовным утехам даже на пленере. Несмотря на недвусмысленные предложения и оптимальные ситуации, я хранил верность студентке 1-го Медицинского института. Два провинциала, попавшие в столицу, мы часто ходили в театры, музеи, на концерты и выставки, навёрстывая недостаток гуманитарных знаний. Разумеется, и на прощальную выставку полотен Дрезденской галереи. За полгода до окончания на физфак приехали представители из Новосибирского научного центра, чтобы набрать выпускников для работы на их ускорителе на встречных пучках. Я успешно прошёл собеседование и начал готовиться к новой жизни в Сибири. Прошло несколько месяцев, все стали получать официальные направления, а я оставался не у дел. В деканате намекнули, что меня не допустил к секретной работе КГБ. Я понял, что оруэлловский "Большой брат" исправно ведёт наблюдения. Спохватившись, успел распределиться в метрологический НИИ вблизи строящегося Зеленограда... Много лет спустя я был в командировке в Новосибирском академгородке и увидел, как там живут и работают наши выпускники. Снова, как и в случае с Физтехом, я был благодарен, что судьба, на этот раз через посредство КГБ, сделала правильный выбор. Фото 1. Нобелевский лауреат Айзек Раби - студент V курса - декан Фурсов Фото 2. Снова дома Фото 3. Пора жениться
|
