ГОВОРИТ МИХАИЛ ВЕЛЛЕР

Ещё какие-то двадцать лет назад мы могли с полным правом гордиться званием самой читающей страны мира. Тиражи книг, газет и журналов России конца восьмидесятых оккупировали рубрики рекордов Книги Гиннеса - и теперь уже, видимо, навсегда. Новое поколение, выросшее на компьютерах, с трудом уже может "асилить" тексты, где "букафф" больше, чем в обычной эсэмэске. Раздаются даже голоса адептов электроники, что книга изжила себя, всё нужное можно прочесть и с монитора, а ещё лучше слушать звуковые книги, начитанные профессиональными актёрами, чтобы можно было и расслабиться при этом, особо не утруждая себя. Пока, к счастью, эти прогнозы не сбываются. Немало людей продолжают ещё отдавать предпочтение обычному печатному слову. Ничто не может, конечно же, сравниться с обычными, а не электронными письмами и фотографиями, обычной книгой, которые можно всегда держать при себе, не только смотреть и читать, но и понюхать, и прижать к груди.

Что интересно, новое время вывело на авансцену читательского спроса совершенно новые имена, не известные ранее, тиражи публикаций которых стабильно высоки, а читательский интерес к ним не угасает. Одним из таких успешных хедлайнеров и является Михаил Веллер.

Михаил Иосифович Веллер родился 20 мая 1948 года в городе Каменце-Подольском в семье офицера. Несмотря на то, что приходилось постоянно менять школы, это не помешало ему с золотой медалью поступить в 1966 году в Ленинградский университет на отделение русской филологии. Привычка к перемене мест укоренилась, видимо, уже в сознании, ибо вся дальнейшая и самостоятельная жизнь Михаила - это песня, штука посильнее не только "Фауста" Гёте, но и всех "университетов" буревестника революции, не будь он упомянут к ночи. Став секретарём бюро комсомола университета, летом 1969 года он на спор, без денег добирается за месяц из Ленинграда до Камчатки, используя все, вплоть до экзотических, виды транспорта и обманом получает там пропуск для въезда в "пограничную зону". Через год он берёт в альма-матер академический отпуск и с весны до осени бродяжничает в Средней Азии, а сразу после этого уже в Калининграде сдаёт экстерном курс матроса второго класса и уходит в рейс на траулере рыболовецкого флота.

Защитив в 1972 году диплом, он год проработал по распределению учителем-словесником в сельской школе-восьмилетке, а потом опять стал осваивать новые профессии: рабочего-бетонщика на ЖБК-4 в Ленинграде, вальщика леса и землекопа на Кольском полуострове. Вернувшись в Питер, работает в Музее истории религии (Казанский собор) младшим научным сотрудником, экскурсоводом, столяром, снабженцем, замом директора по хозчасти, а в 1976 году на весь летний сезон нанимается перегонщиком импортного скота из Монголии в Бийск по Алтайским горам. В 1982 году он уже работает охотником-промысловиком в госпромхозе "Таймырский" в низовьях реки Пясины. Летом же 1985 года Веллер трудится в археологической экспедиции в Ольвии, а осенью и зимой - рабочим-кровельщиком.

Читая его произведения, явственно ощущаешь, что он вспоминает эти времена скитаний как лучшие в своей жизни. Вернувшись в Ленинград, он переключается на литературную работу, ведь ему, действительно, было что сказать. Но в прикормленной властью вотчине Г.Маркова было "всё схвачено", и конкуренты были не нужны, писать поэтому больше приходилось в стол, пробавляясь лишь литературной подёнщиной в "Лениздате", а потом в газетах и журналах Таллина, где он с 1979 года стал жить.

Лишь в 1988 году, когда повеял ветер перемен, по рекомендации Бориса Стругацкого и Булата Окуджавы Веллера принимают в Союз писателей СССР. Веллер начинает одну за другой выпускать свои книги, находящие всё новых и новых читателей и почитателей. Феномен творчества Михаила Иосифовича уникален на современном литературном рынке: это не фантастика или детективы, не дамские романы или боевики, столь популярные в народе, а, тем не менее, все его новые книги расходятся как горячие пирожки. Секрет успеха прост: он пишет о простых обычных вещах, но зачастую реальные случаи, то, что он видел и знает, оказываются интереснее самых крутых, но надуманных сюжетов. Немаловажен и язык его произведений, тоже не ординарный: даже если он рассказывает о заведомых для широкого читателя пустяках, делает это "очень вкусно". В этом поспорить с ним может, пожалуй, лишь один Фазиль Искандер. Даже сугубо литературоведческая книжка Михаила "Перпендикуляр", где собраны его лекции по русской прозе, прочитанные в университетах Италии, Израиля и США, увлекает, как крутой детектив.

Веллер - не только маститый беллетрист, но ещё и литературовед, и философ. В своей толстенной книге "Всё о жизни" он излагает и обосновывает философскую теорию энергоэволюционизма, этакую универсальную "всеобщую теорию всего".

Всё сказанное выше - для тех, кто в теме. Неожиданно для себя в минувшее воскресенье обнаружил, что в теме и множество народа, сроду не бравшего в руки после школы книг. Гуляя в лесу в своём Лосином острове, подошёл к площадке, где собираются пенсионеры поиграть в картишки, шахматы и домино. Когда они вдруг дружно поднялись с мест, спросил знакомого сверстника, тоже взгромоздившегося уже на велосипед: "Куда это все?" - "Пора, в два часа будет Веллер," - был ответ. Это меня несказанно удивило, ибо и сам до того посматривал уже на часы, боясь пропустить передачу. Всем, у кого в квартире ещё сохранилась радиоточка, настоятельно рекомендую: если в воскресенье придётся находиться дома, включайте в 14-10 по Москве на своём трёхпрограммнике первую кнопку "Радио России" с передачей "Говорит Михаил Веллер". Уверяю: раз послушав, будете это делать при удобном случае каждое воскресенье.

Формат программы - ответы на звонки радиослушателей. Это само по себе незабываемое шоу, когда маститому писателю приходится терпеливо и тактично отвечать на нелепые вопросы добропорядочных граждан, замороченных телевизионной пропагандой. Звонит, к примеру, возмущённая гражданка и вопрошает, с какой это стати мы объявили траур по погибшим руководителям Польши, если эти негодяи разместили у наших границ ракетные установки США, нацеленные на Москву. И Веллер начинает спокойно объяснять, что это не у наших границ, а против границ Белоруссии, которая уже 20 лет как стала независимым государством, и что зенитно-ракетные комплексы не могут стрелять по Москве, а предназначены лишь для отражения нападения с воздуха.

Мне же эта передача особенно интересна тем причудливым калейдоскопом идей и понятий, что царит в мозгах уважаемых россиян. Несчастным пенсионерам почему-то не даёт покоя не сознание своей нищеты и беспомощности, не отсутствие действенной медицинской помощи, не дороговизна и недоступность лекарств, а жгучий вопрос, кто допустил, что на нашем параде в день победы по Красной площади будут маршировать солдаты НАТО. Грустно сознавать, что у людей, для кого телевизор является монопольным источником информации, осталась только эта единственная возможность услышать слово правды, эта единственная доступная им программа:

ГОВОРИТ МИХАИЛ ВЕЛЛЕР.

ВЫЗОВЫ НОВОГО ВЕКА - 2

Лидеры ведущих мировых держав, встревоженные складывающейся геополитической ситуацией, регулярно встречаясь в форматах "восьмёрки" и "двадцатки", пытаются выработать единые подходы к мировым проблемам, нарастающим, как ком: голодная смерть, наркомания, СПИД, кровавые международные конфликты, терроризм. Только наша страна, на ресурсы которой весь остальной мир смотрит с завистью и вожделением, и поэтому должна бы, казалось, тревожиться больше всех, как всегда, идёт своим путём. Создаётся впечатление, что, начиная с "вождя мировой революции", повернувшего величайший когда-то по численности народ мира с большака поступательного развития человечества в непроходимые болотные топи социального эксперимента, каждый новый вождь, неожиданно вылетающий, как чёртик из табакерки, появляется лишь для того, чтобы это верноподданное население ещё более сократить.

Демографическая ситуация в мире сейчас такова, что шесть с половиной миллиардов населения Земли разделены на три враждебные группы: "золотой миллиард", не испытывающий ни в чём недостатка и, скажем прямо, жирующий за счёт остального населения планеты, другой милиард, пытающийся не умереть с голода и любой ценой проникнуть в эти благополучные страны, и 4,5 миллиарда в странах третьего мира. Нас, дорогих россиян, принято причислять к "золотому миллиарду" - как же, даже в восьмёрку допустили. А как не допустить-то, с нашим ядерным потенциалом и непредсказуемыми вождями? Если кто и соответствует этому стандарту в нашей стране вопиющего неравенства, поделённой на господ и холопов, так только первые, приватизировавшие буквально всё: власть, включая и судебную, всё общенародное достояние, включая все самые ценные пространства земли со всеми природными недрами в ней. Господа, чиновники и "избранники", защищённые депутатской неприкосновенностью, вольны совершать любые преступления, и коррупция - ещё не самое страшное среди них. Даже пенсионный закон у них другой, нежели у холопов. Господские авто, снабжённые мигалками, носятся, сметая всех, кто окажется на их пути, холопы же вынуждены часами мучиться в пробках. Не поспев к первоначальной раздаче пирога, жадное питерское землячество растащило нефтяную империю Ходорковского на куски, а "Газпром" так проглотило целиком. Остальным питерцам, не доросшим до господ и засидевшимся в холопах, достались лишь строящийся небоскрёб офиса "Газпрома" - этот символический гвоздь в крышку гроба "культурной столицы" да возможность поиграть в любимую игрушку нуворишей - команду "Зенит", куда вбухиваются немеряные деньги, дабы сделать его несменяемым чемпионом.

Несменяемость - это главная фишка нынешнего режима. Как говорится, пришли на всю оставшуюся жизнь. Ликвидировали для этого любую оппозицию, оставив лишь четыре карманные партии по лекалам бывшей "вотчины демократизма" ГДР: одну возглавляет сам правитель, другую - его друг, во всём с ним согласный, третью - бывший коммунист, избавившийся по требованию свыше от радикалов вроде Селезнёва и Горячевой. Четвёртая, ЛДПР, придуманная ещё политтехнологами ЦК КПСС, создана с единственной целью: аккумулировать голоса всех недовольных, и голосовать потом в Думе от их имени так, как прикажут сверху. Ликвидированы референдумы, выборы превращены в фарс. Все руководители снизу и до самого верха теперь назначают друг друга, не заморачиваясь, что о них думает электорат. О какой оппозиции может идти речь, если даже митинги несогласных жестоко подавляются милицией и ОМОНом, которых ныне боятся больше, чем бандитов.

Страна скатывается к застою худших брежневских времён. Малый и средний бизнес задушены на корню. Все эти чиновники проверяющих инстанций, требующие свою долю, не в силах совладать с жадностью, порезали всех куриц, могущих нести им золотые яйца. В той же Грузии, которую мы дружно ненавидим, судя о ней по теленовостям, продемонстрировали всему миру, что может сделать реальная борьба с коррупцией. Первым делом там ликвидировали ГАИ, и, что интересно, аварий больше, чем всегда, не стало. Пожарным инспекциям и санэпидстанциям запретили даже приближаться к предпринимателям. За любую взятку, не взирая на лица, дают большие сроки. Осуждены даже пять депутатов из правящей партии Саакашвили. В правительстве Грузии работают только два человека старше сорока лет, и один из них - Кахи Бенукидзе, отец грузинских экономических реформ, сбежавший сюда из Е-бурга, где его прессовали рэкетиры из ОПС "Уралмаш". В парламенте был принят закон о уголовной ответственности людей, признающих себя "ворами в законе" (а отрицая это, они, по воровскому закону, сразу лишаются этого звания) - в результате все они живут теперь у нас. В стране, раньше ставившей рекорды по числу угонов и краж автомобилей, теперь даже не ставят сигнализацию. Официанты бегут теперь вдогонку за клиентами, забывшими мобильник в кафе. Все эти радикальные шаги сразу привели к тому, что в республику хлынули инвестиции, страна превратилась в сплошную стройплощадку. Кто в курсе, утверждают: аджарское побережье и сам Батуми скоро затмят лучшие курорты мира - турки отдыхают, а Крым и Абхазия долго ещё будут курить. Все, побывавшие в Грузии, делятся потом впечатлениями в интернете, мешая восторг от увиденного с тоской от наших реалий, где все, от кого зависит благополучие страны, не связывают именно с нею будущее своё и своих детей, а стремятся лишь поскорее набить карманы и составить потом компанию Абрамовичу, подельнику и другу. Лучшие мозги страны, из касты холопов, тоже здесь не задерживаются, уезжая туда, где их умение и таланты будут востребованы и достойно оценены. Не умея выразиться лучше профессионального журналиста, приведу в заключение слова Александра Минкина из статьи "Орёл или решка" в сегодняшнем, от 15.06.2010, номере "МК" вместе с карикатурой, иллюстрирующей материал:

"...Оттуда, где нельзя выбрать, уезжают туда, где можно. Волна эмиграции - как в годы Гражданской войны. Богатые уезжают тихо, без митингов, без громовых речей. Они не хлопают дверью, и даже кажется, будто они здесь: вот - на Рублёвке, на тусовке, в черешневых кустах... Но особняки - в Лондоне, семьи - в Лондоне, бизнес зарегистрирован в офшорах, самолёты круглосуточно в готовности №1. И лубянское офицерство так дико (в смысле сильно и в смысле незаконно) обогатилось, что в случае чего рванёт первым, вместо того, чтобы ловить врагов народа.

Уроды. За те же деньги можно было построить счастливую страну, где не надо охраны, где бесплатно любое лекарство для больных детей. Это не сказка. Мы знаем, что такие страны есть. Там полиция не берёт взяток, да и чаще увидишь её на экране, чем на улице".

Это цитата из сегодняшнего печатного издания, доступного всем. Но кто в наше время читает газеты? ТВ - другое дело: там ЧМ по футболу, сериалы про бандитов и развлекательные шоу "ржу не могу"!

ВЫЗОВЫ НОВОГО ВЕКА

Тема гипотетического апокалипсиса 2012 года - одна из самых популярных в интернете. После очередных телесериалов или прожекторперисхилтонов так прикольно пощекотать себе нервы - а вдруг? Оторвитесь от ржачных телепрограмм и оглянитесь вокруг: календарь майя и планета Нибиру - где-то там в теории, а реальный кирдык уже стучится в дверь.

С началом нового XXI века ситуация в мире, а в нашей стране особенно, радикально поменялась. Ещё в 2000 году совокупный продукт, произведённый человечеством только за один этот год, превысил по объёму тот, что был выработан за весь девятнадцатый век. А с тех пор минули ещё десять лет, и производство только наращивалось. Но ведь товары появляются не сами по себе, а в результате потребления и всё большего расхода электроэнергии, минеральных и биологических ресурсов.

Не тешьте себя мыслью, что и наша Россия - одна из этих лидирующих в производстве стран. Кабздец подкрался незаметно. Ещё недавно, при Хрущёве, мы догоняли и перегоняли Америку, издевательски высмеивая на политинформациях китайцев, как они строят в деревнях доменные печи, уничтожают мух и воробьёв. Если ещё 60 лет назад Китай с населением 475 млн был нищей и отсталой страной, теперь это - могучая держава с промышленным потенциалом, вплотную приблизившимся к США. Наши же правители, забыв про обещанное удвоение ВВП, теперь нацелились в ближайшие десять лет потеснить с седьмого места Бразилию. Даже те товары, что худо-бедно производили для себя в советские времена, ныне выпускать прекратили. Теперь всё кругом - китайское. Мы же, похоже, смирились с ролью сырьевого придатка, для тех, у кого головы и руки растут из нужного места. 1 млрд 400 млн китайцев нуждаются в пропитании, их ареал обитания не может уже такую ораву прокормить. И вот Бразилия, которую мы собрались догонять, сосредоточилась на производстве свинины исключительно для нужд Китая, где это - любимейший мясной продукт. В жертву свиньям принесены джунгли Амазонии, ещё недавно слывшие лёгкими планеты и восполнявшие дефицит кислорода, тоннами пожираемого авиалайнерами. В фарватер к китайцам пристраиваются уже и 1 млрд 100 млн индийцев, чьё жизненное пространство ещё меньше, чем китайское. Индийские компьютерщики сейчас - самые востребованные в мире, найдя свою нишу на рынке труда, но и этому огромному народу нужно что-то есть. Есть ещё огромный арабский мир с таким же миллиардным населением. Пока он, как и мы, пробавляется нефтью и газом, выживая в пыстынях с колючками, пригодными лишь дпя корма верблюдам. Но население его тоже стремительно растёт, от арабской экспансии уже стонет Париж. Лондон оккупируют африканцы, которых так же стало около миллиарда.

В этом динамичном окружении в самом незавидном окружении оказывается именно Россия с занимаемой ею одной седьмой частью суши и стосорокамиллионным населением, которое, несмотря на постоянный приток мигрантов, к тому же ещё и сокращается ежегодно почти на миллион. Все эти быстро растущие этносы, вырвавшиеся в свободное плавание, давно уже с вожделением посматривают на наши просторы за Уралом, повторяя про себя аналоги нашей "собаки на сене". Японские острова с каждым годом всё глубже погружаются в мировой океан. Угадайте с трёх раз, где их будущая земля обетованная, на территории Китая или нашего Дальнего Востока? Толпы китайцев, а потом и индийцев, без всякого оружия, с одними граблями и лопатами, в один прекрасный день перейдут границу, и что нам с ними делать, если их население больше нашего в двадцать раз? Хорошо хоть ещё, что арабский мир, самый радикальный на сегодня, покуда больше засматривается на Западную Европу.

Не сочтите только это бредом сумасшедшего, а просто откройте глаза: китайцы уже здесь, среди нас, и встречаются с каждым годом всё чаще и чаще. В приграничных с Китаем областях на самых плодородных землях овощи растят не наши, а их фермеры. Работать, в отличие от нашего крестьянства, ликвидированного как класс, они умеют, и урожаи собирают такие, что не могут здесь всё реализовать, отправляя излишки в Китай. Замена азербайджанской диаспоры на китайскую на наших овощных рынках, судя по всему, лишь вопрос времени.

Новый век делает России ультимативный вызов, цена вопроса - выживание нашей нации, нашего государства. Время настоятельно требует государственных деятелей масштаба Петра Великого, динамичных и решительных, способных принять этот вызов, мобилизации всех интеллектуальных усилий страны, привлечения лучших научных талантов для мозгового штурма и подготовки внятной и эффективной программы действий. Увы, сегодняшние политические реалии и люди, власть предержащие, назначаемые на посты по соображениям землячества и личной преданности, не оставляют места для оптимизма.

ГДЕ-ТО ПЛАЧЕТ ИВОЛГА

"Где-то плачет иволга, схоронясь в дупло..." - кто не знает этих стихов Есенина?

Сергей Александрович был, конечно, великий поэт, но знатоком птиц, хоть и прожил первую половину своей жизни в селе на Рязанщине, он был никудышним. Ни одна птица даже не пикнет, спрятавшись в дупло, тем более - иволга, которую не заманишь туда даже мохнатой гусеницей дубового шелкопряда, входящей в её, и только её, единственной из всех птиц нашей средней полосы, рацион. Дупло ей ни к чему, поскольку гнездо своё она искусно сплетает на развилках высоких ветвей лиственных деревьев, откладывая потом по 4-5 яиц, единожды за сезон. Да и пение её совсем не напоминает плач. Наоборот, это - мажорная музыкальная пьеса на низких флейтовых тонах. Правда, есть у этого концертмейстера в запасе и ещё один музыкальный номер, вводящий неподготовленного слушателя в смятение, заставляя тут же озираться по сторонам: издаваемые звуки неотличимы, один к одному, от тех, которые издают кошки, когда им неожиданно наступают на хвост. Долго пытался понять, что означает это периодическое чередование репертуара. Когда, например, начинает "рюмить" зяблик - это всегда к перемене погоды, к дождю. А тут - загадка, скорее всего, просто иволга кричит так от избытка чувств.

Трудно понять, что привлекает эту уникальную птицу в наши северные широты, ведь большую часть года она проводит в Африке. Да и сама расцветка оперения этой красавицы более пристала тропическим лесам, с их разноцветным изобилием колибри и райских птиц. Хотя, надо признать, такой окрас и в наших условиях весьма функционален. Даже с помощью мощного бинокля нелегко разглядеть иволгу в листве на вершинах деревьев, где она и проводит почти всё своё время, поскольку чёрно-жёлтое оперение делает её на фоне трепещущих светотеней листвы совершенно невидимой, что легко представить даже, глядя на верхний снимок. Оперение же самочки, не столь яркое, а желтовато-зелёное в крапинку и коричневое (см. нижнее фото) ещё более благоприятно. Да так и должно быть, ведь ей же необходимо маскироваться, сидя полмесяца на гнезде.

Пусть читателя не вводит в заблуждение настоящее время глагольной формы этого повествования. К сожалению, иволги пополнили всё увеличивающийся список видов птиц, не обитающих более в лесу Лосиного острова. Ещё десяток лет назад каждое лето в одних и тех же, из года в год, местах в мае-июне раздавались чарующие звуки пения иволог. Одна пара каждый год гнездовалась даже рядом с детской игровой площадкой, в 50 метрах от входа в лес. Сейчас же иволги остались лишь в воспоминаниях, как и каменки, жёлтые трясогузки, лесные коньки, о которых приходилось уже писать. Посмотрите мои видеоролики весны 2001 года. Звуковым фоном к ним служит непрерывное хоровое пение различного вида птиц. Сейчас же весенний лес встречает тревожной тишиной, нарушаемой лишь редким пением зябликов и соловьёв. Всё это огромное многообразие флоры и фауны, а птицы самые яркие её представители, оказалось бессильным перед одним лишь представителем живого мира, жестоким и беспощадным, по имени человек.

Где-то плачет иволга... Где-то, только уже не у нас.

УТОМЛЁННЫЕ ВЛАСТЬЮ: ПРЕДСТОЯНИЕ

Ещё с первого появления Никиты Михалкова в кино, сначала - в роли актёра, а потом и режиссёра, стал его страстным и преданным поклонником. Пересматривая "Своего среди чужих", "Обломова", "Рабу любви", и сейчас не могу сдержать слёзы. К сожалению, талант и творческое вдохновение - настолько тонкие материи, что мгновенно испаряются куда-то, как только начинает меняться сам человек, изменяя своим прежним идеалам и мистической связи с космосом. Вот, к примеру, Пол Маккартни, лучший композитор-мелодист последнего столетия, автор музыки, которая переживёт и его, и всех нас. Успешный человек, он продолжает выпускать альбомы и сейчас, но это всё - мастеровитая, ладно скроенная, но - халтура. Ни одной выдающейся, запоминающейся мелодии там теперь уже нет и в помине. К пятидесяти годам нормальный, развивающийся человек начинает уже подумывать о вечном, а братья Михалковы, которых Бог не обделил талантом, всё никак не наиграются. Андрон выпускает книгу за книгой, где вываливает на читателей все интимные подробности своей личной жизни с многочисленными жёнами и знаменитыми любовницами. Никита, дорвавшись до власти в Союзе кинематографистов, умудрился настроить против себя всю лучшую его часть, его совесть, никак не желая эту власть уступать. Предстояние (опять это слово!) продолжается уже много лет, работа союза парализована, средства на производство картин, госзаказы и прочие блага получают лишь те, кто свои среди своих. Причина его непотопляемости прекрасно всем известна: такой же, утомлённый властью, влиятельный покровитель, навещающий вась-васею родовое имение Михалковых на Николиной горе. Да и сам Никита - уже не тот романтичный юноша, что когда-то пел, приплясывая в метро: "А я иду, шагаю по Москве". Ныне это жёсткий делец, хладнокровно просчитывающий все свои ходы наперёд.

Сумма в 55 млн баксов, потраченная на съёмки фильма "Утомлённые солнцем 2", для России просто беспрецедентна. Размах рекламы первой его части "Предстояние" зашкалил все мыслимые пределы. Выпуск фильма специально приурочили к Дню победы, сопроводив нескромным слоганом "Великое кино о великой войне", переоборудовали даже всею киноаппаратуру Кремлёвского дворца для одного лишь премьерного показа. На местах, где чутко принюхиваются ко всем дуновениям из Москвы, с родителей школьников начали уже собирать деньги на походы их чад дружным строем на киносеанс.

Кто не знаком с этим шедевром, имеют пока ещё возможность посмотреть его хотя бы на видеороликах, в папке "Художественные кинофильмы, ч.123, стр.3". Поторопитесь, ибо модераторы "Моего мира" своё дело знают, регулярно отслеживая все нарушения авторских прав и удаляя потом эти ролики в "Карантин". Когда посмотрите, тогда и решите, стоит ли вашим детям и внукам смотреть этот фильм. Весь интернет давно уже ответил на этот вопрос многочисленными "фотожабами", два образца из которых можете видеть выше.

Сам фильм, конечно, не безынтересен, на нём не заснёшь. Молодое поколение некст, выросшее на покемонах и "Новой Раше", примет даже его на ура. Но у людей постарше, знакомых не только с кинобоевиками, этот несвязный набор отдельных натуралистических клипов способен вызвать лишь недоумение, а порою - и отвращение. Две главные роли в фильме, учитывая его бюджет, естественно, играют сам Никита и его дочь Надя, не забыты, конечно, и Анна с Артёмом. Все эпизодические роли в серии исполняются только нашими знаменитыми и узнаваемыми актёрами, и все они, кроме, конечно, звёздных детей, по ходу фильма погибают. Видимо, ещё немало знаменитостей дожидаются в приёмной и будут задействованы во второй серии с названием "Цитадель". Отказалась от съёмок в фильме лишь Ингеборга Дапкунайте (жена Котова Маруся в первом фильме) - ей ничего от Михалкова не надо, хватает английского мужа в Лондоне.

Каюсь, все три часа, что смотрел этот фильм, не мог отделаться от ощущения, что вижу перед собой не героя-командарма, а наглое мурло дельца-мафиози из фильма "Жмурки" с неожиданным и странным для него прибабахом на религию. Люди верующие и духовные будут шокированы этими клипами на темы смерти, веры и православия. Противна порнография, выхолащивающая высокое чувство любви и низводящая до механических действий, её имитирующих. Но ещё страшнее и отвратительнее порнография смерти и порнография веры, пронизывающие весь фильм. Ну ладно, отстоял на Пасху и Рождество в храме со свечой в правой и женой по левую руку рядом с такими же, утомлёнными властью - и с тебя достаточно. Зачем ещё изображать крещение на морской мине, зачем храмы разносить в щепки, изображая при этом просветление? Весь фильм - это набор цитат из фильмов прошлого: кружащиеся на ветру купюры, оторванные ноги и руки с тикающими часами, собственные комплексы с нагибанием Сталина в кремовый торт - всё это было, было, было... Перефразируя римлян, что дозволено Тарантино, западло быку.

Исторической неправды и откровенных ляпов в картине так много, что они заметны даже дилетанту. Начинается фильм на пошлой ноте - эпизодом бомбардировки санитарного судна немецким лётчиком собственными фекалиями, на такой же ноте и заканчивается: умирающий на поле боя солдат с обожжённым лицом и простреленными навылет лёгкими просит Надю: "Покажи сиськи", - что она и делает. Далее идёт анонсная подборка кадров из следующей серии "Цитадель". Там уже "показывает сиськи" актриса, похожая на Анну Михалкову. Продолжение следует...

Когда объявили, что на кинофестивале в Канне от России будет представлен фильм "Утомлённые солнцем 2: Предстояние", никто, конечно, не удивился. но сразу пришёл на ум бородатый одесский анекдот:

"Ты слышал, Альберт Эйнштейн прилетает в Европу с лекцией о теории относительности? --- А что это такое? --- Ну как тебе сказать: вот, например, минута лёжа с любовницей - это мало, а минута сидя на горячей плите - это много. --- И что же, он собрался удивить Одессу этой хохмой?"

Вот и наш Никита хотел, видимо, удивить каннский кинофестиваль своей военной хохмой. Хотя и время показа выпало самое благоприятное, в последний день перед закрытием - не прокатило: кинокритики дружно определили его творение в число пяти самых неудачных фильмов кинофорума.

А ведь великий фильм о великой войне был снят великим режиссёром на великие деньги и с участием великих актёров...

НА ПОДНОЖНОМ КОРМУ

Американское общество микробиологов, этот конклав рафинированных узколобых борцов с заразой, открыло, неожиданно для себя, новый вид почвенных бактерий, которые, попадая в организм человека с пищей или через дыхательные пути, снижают стресс и одновременно значительно повышают способность к быстрому усвоению знаний и навыков. Благотворное влияние бактерий Mycobacterium vaccae, как водится, тут же проверили на мышах, которым предстояло научиться быстро преодолевать лабиринт. Группа, которую накормили "заразой", делала это вдвое быстрее, чем такое же количество их стерильных собратьев, обнаруживая при этом ещё и вдвое меньший уровень тревожности. То, что так удивило учёных, давно было известно нашим собственным собратьям от сохи. Ведь не зря же многие люди так любят копаться в земле на своих приусадебных участках. Ни для кого не секрет, что детишки, манкирующие обязанностью мыть руки и чистить зубы и предпочитающие зализывать ссадины и царапины на грязных руках, а не бежать за йодом и зелёнкой, гораздо более здоровы, чем их "домашние" ровесники под присмотром семи нянек. Человек, как вид, существует лет так тысяч тридцать и только на последнем относительно коротком отрезке своего существования он поменял привычные продукты питания на те, что не знал ранее, да плюс ещё и геномодифицированые. Те же учёные начали бить в набат, называя это главной причиной увеличения масштабов мужского и женского бесплодия.

Вспоминая годы своего голодного детства, а то, чему научился в те годы, остаётся с тобой на всю жизнь, ничуть не преувеличиваю, заявляя, что мы, дети, прекрасно разбирались, что из растущего на земле съедобно, а что нет. Если удавалось летом отлынить от домашней работы и дружной компашкой отправиться куда-нибудь на целый день, прекрасно обходились до вечера без домашней еды, переходя на подножный корм. Может быть, и сегодня это знание будет кому-то полезно. Я отнюдь не призываю вернуться назад в пещеру, но никто не гарантирован от возможности оказаться в экстремальных условиях, и эти сведения могут ещё кому-то пригодиться. Да и лишнее знание, как подсказывает опыт, никогда не бывает лишним. Итак, сначала - растения, пригодные для резки салатов и готовки горячих блюд (на фотографиях - сверху вниз):

Примула (листья и цветы).

Сныть (молодые растения).

Одуванчик. Пригоден и для салатов, и для оригинального варенья из его цветочных лепестков.

Иван-чай, он же - кипрей (побеги, молодые листья, свежие корни).

Кислица, она же - заячья капуста.

Осот (лучше, как и одуванчик, избавить от горького белого сока, вымочив в воде).

Медуница (для салатов - самое то).

Борщевик. Ахтунг! Не путать с тем борщевиком, что был в семидесятых годах завезён к нам из Америки, и произрастает теперь стройными рядами вдоль всех загородных дорог. Даже не дотрагивайтесь до этих монстров, достигающих четырёхметровой высоты - он весь покрыт ядовитыми иголками, при касании которых сразу появляются болезненные и долго не заживающие волдыри. Зато для пацанят, желающих что-нибудь порубать только что подаренной сабелькой, это самый удобный объект. Наш родной борщевик в сравнении с этим чудовищем - мягкий и пушистый.

Манжетка (она же - рута и беговая слёзка).

Крапива. Удивительное растение, прикипевшее к человеку и находящееся с ним в какой-то мистической связи. Если найдёте в чистом поле заросли крапивы - значит, здесь стояли раньше жилые дома, обнаружите в глухом лесу - это место былой землянки или блиндажа. Ранней весной, когда появляются её первые побеги, непременно добавляйте в пищу, как это делали предки, предварительно нейтрализовав, конечно её жгучие иголки, ошпарив кипятком.

Колючий чертополох и похожий на него татарник (побеги).

Лопух (молодые листья и очищенный от кожуры толстый стебель). Зубы на время становятся чёрными, зато вкусно и питательно.

Растение, похожее на ботву редиса.

Подорожник.

Дикий лук.

Щавель.

Черемша.

Список можно продолжить, но и только это дай Бог вам запомнить. Для людей в теме (адептов натурал-питания) и просто гурманов сообщу ещё рецепты настоящих деликатесов:

Прикорневые розетки одуванчиков, очищенные и жареные в масле.

Черешки сныти, маринованные или квашеные.

Папоротник-орлятник, квашеный (вкус не отличить от грибов).

Бутоны одуванчика в маринаде.

Умышленно не затрагиваю здесь тему лекарственных свойств растений. Стоит лишь начать, и список растений возрастёт неимоверно. Оно нам надо? Да и не врач я ни разу.

ФЛАЙ, РОБИН, ФЛАЙ

В середине апреля, мне на Скайп позвонил мой друг Юрий Атанов, ныне живущий в Америке, и поведал мне о происшествии на их балконе. Едва его жена Тиля успела выставить туда горшок с традесканцией, чтобы тот подышал весенним воздухом, как какая-то птичка принялась сооружать в нём гнездо. Зная мою любовь к певчим птицам, надеялся, значит, сразу узнать, что это за птица. Но по его описаниям, весьма расплывчатым, даже опытному орнитологу задача оказалась бы не по плечу. Но Юра уже загорелся, прислал даже эти три фотографии, и тогда уже не составило труда определённо назвать героя его романа.

Это - american robin (американский робин), научное название - Turdus migratorius (Дрозд мигрирующий), птица во всех отношениях примечательная. Американским робин прозван не только потому, что обитает только в северной части американского континента. Дело в том, что в Англии робином называют обыкновенную малиновку, о которой уже приходилось писать на этом блоге. Когда первые переселенцы высадились в Новом Свете, сразу, что бросилось им в глаза - эта красивая птичка с оранжевой грудкой, как у малиновки, и просто на её веку написано было тоже называться робином. Эта красивая птица, очень расположенная к людям, стремится и селиться с ним по соседству, вроде наших воробьёв, и, как и все животные - спутники человека, отличается большей сообразительностью среди других сородичей. Но и страдает больше от такого соседства, точнее - от кошек, наших любимцев, так же,как и наши воробьи.

Нечего и говорить, что робин, который постоянно мигрирует в направлении север-юг и обратно вместе с границей выпадения снега, стал всеобщим любимцем жителей США и Канады. Появились робины - пришла весна. Если бы в Новом Свете появился свой Саврасов, он написал бы картину "Робины прилетели". В Канаде, например, робин предлагался даже в качестве талисмана только что прошедшей Зимней олимпиады в Ванкувере, а чтобы ублажить ребятню, даже выпускают круглые голубые леденцы, которые так и называются: яйца робина. Ранее безраздельные владельцы территорий, заселённых людьми, теперь робины вынуждены делить жизненное пространство со скворцами, которых стало примерно столько же. Дело в том, что в конце XIX века общество романтически настроенных переселенцев из Англии задалось целью развести и в новой стране всех птиц, упомянутых в пьесах и сонетах Шекспира. С этой целью были завезены и выпущены на волю 30 пар скворцов - и вот что из этого получилось.

Многие из читателей уже знакомы с робином (а кто не знакомы - могут посмотреть и послушать ролик в "Моём мире", папка "Поп-музыка, ч.47, стр.4) по песне-хиту группы "Silver Convention" "Fly, Robin, Fly". Песня группы "Силвер Конвеншн" - это нечто. Не рискую сильно погрешить против истины, если предположу, что эту нетленку автор текста успел написать, а потом и получить немалый гонорар, за то время, пока утром чистил зубы. Даже те, кто совсем не знает английского, могут смело подпевать и, как говаривал Джон Леннон, публика на галёрке может прихлопывать в ладоши, а леди на передних местах - отбивать такт своими ожерельями. Спишите слова: "Флай, робин флай. Флай, робин, флай. Флай, робин, флай ап ту зе скай!" Для русского перевода текста и пяти слов достаточно: "Лети, робин, лети до самого неба!"

Мой друг Юрий, технарь по образованию и скорее физик, чем лирик, по умонастроению, так проникся этим неожиданным соседством с милой птичьей семейкой, что даже не отважился сфотографировать родителей птенцов в процессе кормления, дабы не навредить им. Получилось прямо как в рекламном слогане: "Вы равнодушны к нам, братьям вашим меньшим? Тогда мы идём к вам!" Посмотрите на эти снимки ниже. Надеюсь, и вы согласитесь со мной: этот Робин действительно Гуд.

ДУБРОВСКИЙ - СУДЬБА

Интернет - это большая помойка, заполненная мусором некомпетентности, графоманства, лжи и небылиц. Чтобы добраться до жемчужного зерна истины, нужно подобно крыловскому Петуху разрыть не одну навозную кучу различных инсинуаций. Что особенно печально, постоянно врёт даже всеми любимая Википедия. Попробуйте забить в поисковик "Казимир Дубровский", и голова у вас сразу пойдёт кругом. В одном месте вы узнаете, что он закончил Академию художеств, где занимался в классе великого русского художника Н. К. Рериха, затем физико-математический факультет Петербургского университета и Военно-медицинскую академию. В другом - что получил два высших образования в Харькове, куда, как известно, приехал лишь в 1959 году из Казахстана по приглашению известного психиатра И.З.Вельвовского. Цитируемый же ранее Глазунов утверждает, что советская власть вообще лишила его возможности получить высшее образование. Наиболее радикальные "есениноведы" докатились даже до обвинения его в соучастии в сокрытии факта убийства поэта, утверждая, что именно его подослали первым к трупу потому, что он являлся секретным сотрудником ОГПУ. Та же путаница и с годами жизни великого врача и человека: 1900 - 1972, 1882 - 1973 и т. д., хотя родился он на самом деле 18 ноября 1892 года, а умер 12 декабря 1979 года и похоронен в городе Сарны Ровенской области на Украине. На скромном могильном памятнике выбиты слова: "Он любил вас, люди". После оглушительной славы после публикаций в газетах, у Дубровского сразу объявилось много "учеников и последователей", которые переняли только внешние формы его методики шокотерапии, целью которой было направленно потрясти больного и тем самым вылечить. Настоящий психотерапевт - это непременно уникально талантливая личность. Он одновременно и врач, и философ, и писатель, и художник. А масса подражателей-ремесленников, ринувшихся зарабатывать деньги на больных, очень скоро дискредитировала всё это направление психиатрии. Начались гонения и на самого Казимира Марковича, приклеивание ярлыка лжеучёного как властями, так и завистливыми коллегами. Тут ещё накатилась старость, а с нею и болезни. Оставив работу в железнодорожной поликлинике, он, нищий и больной, вынужден был перебраться поближе к своим дальним польским родственникам на Западной Украине, где и завершил, всеми забытый, свои дни. А что же с моим конкретным случаем заикания? Главная составляющая методики Дубровского, подсмотренной ещё у шаманов в воркутинской тундре - неколебимая вера в целителя. Чем менее развит и образован человек, тем успешней эффект лечения. В моём же сознании для веры в шаманов места просто не оставалось... Зато в 50 лет, когда наступило время "собирать камни", набросанные за время беспутной молодости, появились новые жизненные приоритеты и твёрдое намерение жить по заповедям, в один прекрасный день заикание исчезло само по себе. Что только ещё более утвердило меня в мысли, что все наши недуги - не случайная напасть, а дар свыше, для нашего же блага, назидания и наказания. При трезвом размышлении закрепился в мнении: не будь у меня тогда этого "ограничителя" - непременно добрался бы по молодости до столь привлекательных "зияющих высот" ценой больших грехов и преступлений, но навсегда погубив душу и свой шанс в этом земном воплощении. И слава тебе, Господь, что случилось всё именно так!

ДУБРОВСКИЙ И ЕСЕНИН

Эх, если бы можно было промотать время назад. Если бы знать тогда, полвека назад, с каким уникальным человеком свела меня судьба. Ведь был шанс задать вопросы человеку, первому увидевшему великого поэта после его смерти.Хотя вряд ли тогда, в это страшное время, он мне хоть что-нибудь сообщил. Отсидев двадцать лет по клевете, он, как сообщала его дочь в письме Эдуарду Хлысталову, печально говорил: "Я сидел не за то, что я знаю о смерти Есенина, сидел я за другое, но сидеть еще и за смерть Есенина я не хочу!.." То есть предположения своего о насильственной смерти поэта Казимир Дубровский страшился: время его пугало, как пугало оно наших дедов и отцов. А теперь опять отсылаю вас к книге Ильи Глазунова "Россия распятая":"Я был первым, кто публично сказал на вечере «Огонька» в ЦДЛ, опираясь на известные мне данные, о зверском убийстве Есенина. Тогда притихший зал Центрального Дома литераторов замолк, но раздались одиночные крики протеста, перешедшие во всеобщий гул: «Как он смеет!» Однако я знал, что говорил, ибо один из самых удивительных людей, встреченных мною в жизни, – Казимир Маркович Дубровский, отсидевший в советских лагерях около тридцати лет, рассказал мне об этом.Великий ученый Бехтерев называл Дубровского, тогда еще молодого студента, надеждой русской науки; вечерами же Казимир Маркович посещал рисовальные классы Рериха. Позднее, когда началась его жизнь на одном из островов архипелага ГУЛАГ, он не забыл уроков в обществе поощрения художеств. Я помню эти рисунки художника и врача!Не зря прошли уроки рисования у Рериха. Видя вокруг себя смерть и анализируя симптомы совсем неизвестной медицинскому миру болезни, возникающей от унижений, голода, безысходности, Дубровский проследил ее ход, запечатлев свои наблюдения в альбоме рисунков, столь ценных для медицины.Медицинское издательство отказалось печатать этот замечательный альбом врачебных рисунков на том основании, что в Советском Союзе не может быть такой болезни. А на его предложение – сказать в предисловии, что это почерпнуто из лагерей смерти немецкого фашизма, – издательство не «клюнуло». «Власти нас не поймут» – сказали там.Напомню, что сразу же после октябрьского переворота, как известно, «борцы за свободу и равенство» вышвырнули из всех учебных заведений России детей дворян, промышленников, духовенства и т. д. Та же участь, среди прочих, постигла и любимого ученика Бехтерева, художника, польского дворянина Казимира Дубровского.Он стал работать на «скорой помощи». Однажды во время его дежурства зазвонил телефон, и в трубке прозвучала команда: «Немедленно поезжайте в „Англетер“. Повесился Сергей Есенин». Он первый вошел в комнату, носящую следы бешеной драки, и увидел, что на фоне красной занавеси, под которой проходила труба отопления (оставившая, как известно, на щеке повешенного багровый след ожога), словно парил в воздухе, чуть-чуть оторванный от земли, будто вставший на цыпочки со свесившейся копной светлых, как рожь, волос, певец крестьянской Руси Сергей Есенин. Веревка как и портьера, была тоже красная, и потому впечатление от увиденного было глубоко мистическим и страшным.Казимир Маркович помнил даже, что скатерть со стоявшей на ней и разбитой вдребезги посудой была стянута со стола, вероятно, во время сопротивлении поэта убийцам.– А как же письмо, написанное кровью? – спрашиваю я. Казимир Маркович горько усмехнулся: «Потому оно и написано кровью, что так труднее опознать почерк, становящийся более размытым.»Теперь все знают, что Сергея Есенина убили…Дубровский проработал на «скорой помощи» не один месяц. Незадолго до смерти он, заклейменный советской прессой 60-х годов как «Казимир Кронштадтский», показывал мне в Харькове рукопись воспоминаний об этом жутком времени, когда Петербург жил ужасной жизнью беззакония, убийств, ограблений. Казимир Маркович сидел, опустив глаза – пронзительные, бело-голубые в минуты духовного напряжения, которые горели на его странно-колдовском лице с благородной формой (словно на римских бюстах) носа; лице, изборожденном глубокими морщинами страданий долго прожитой и мучительной жизни. Я всей душой любил этого удивительного человека и гениального ученого – врачевателя наших недугов.– А о каком другом ярком случае, кроме как с Есениным, можете вы еще рассказать? – допытывался я.Потирая лоб, он ответил: – Их было много, и все они страшные. Ну вот, например, один из обычных. Нас, бригаду «скорой помощи», вызвали перепуганные жильцы одного из домов; из соседней квартиры раздавались крики о помощи и удары в стену. Нам пришлось ломать дверь, разумеется, с дворником и понятыми. Ворвавшись внутрь, мы увидели пронзительной красоты шестнадцатилетнюю девушку, обнаженную, как Даная, лежавшую на смятой постели и, словно в беспамятстве, бьющую пяткой в стену с криком: «Помогите! Помогите! Помогите!» На ней лежал голый шестидесятилетний мужчина – он был мертв. Как выяснилось, им оказался один из известных сотрудников ЧК, друг Зиновьева, с которым, чтобы не расстреляли ее семью, должна была сожительствовать юная гимназистка, семья которой принадлежала к древнему дворянскому роду. Подняв на меня глаза, исполненные глубокой муки, Казимир Маркович продолжил свой рассказ. – Юная красавица, мелко дрожа и натягивая на себя простыню, объясняла: «Если бы я сбросила с себя труп без свидетелей, то меня бы обвинили в убийстве этого чекиста, обвинили бы в контрреволюции и антисемитизме. Вы должны были засвидетельствовать, что он умер на мне, и я не помню, сколько прошло времени, пока я была под холодеющим телом покойника, думая, что сойду с ума… силы мне давало только то, что я думала о своих близких, которых этот старый негодяй обещал расстрелять, если я не стану его любовницей.»Много страшных историй тех лет поведал мне Казимир Маркович…Дубровский занимался также передачей мыслей на расстояние и, доживи он до наших дней, не сходил бы с экранов телевидения. Достаточно сказать, что Кашпировский с большой гордостью говорил мне, что учился у Казимира Марковича Дубровского, когда тот, отсидев в лагерях, получил маленькую квартирку в Харькове и должность врача в железнодорожной больнице. С кем только он не встречался в местах заключения: бывшие царские министры, члены Временного правительства, сибирские шаманы, художники, философы, ученые, священники…– Я католик, вера в Бога дала мне силы вынести этот ад, который не мог бы описать даже Данте, – рассказывал он. – Я помню каждую минуту, проведенную в этом аду. Сколько людей погибало у меня на глазах, – О! Я многому научился от тех, кого безжалостно уничтожали. Думаю, не просто будет найти огромные ямы и рвы, где, как собаки, закопаны лучшие люди России. Хотя в лагерях сидели не только русские, это был действительно «Интернационал» тотального уничтожения. Я старался лечить, внушать людям веру, когда верить нам, казалось, было не во что. Повторяю, это были лагеря смерти…"

ДУБРОВСКИЙ И ГЛАЗУНОВ

Вот как описывает примерно такой же сеанс излечения заикающихся наш знаменитый художник Илья Глазунов в своей книге "Россия распятая": "С Казимиром Марковичем меня познакомил мой неизменный благодетель Сергей Владимирович Михалков. Однажды он сказал: «Все знают, что я заика. И ты, Илюша, когда нервничаешь, начинаешь заикаться. Появился врач, человек, говорят, гениальный. Ему около семидесяти лет, он излечивает от заикания, от депрессий. Слышал, что даже одного члена правительства вылечил от такой болезни, когда люди мочатся под себя. Статьи о нем в нашей, прессе восторженные. Писатель Львов о нем просто как о мессии пишет. А это серьезный человек. Так вот, тот человек утверждает, что может наладить контакты с космонавтами с земли, не прибегая к обычным формам связи. И, между прочим, у него есть благодарность от харьковской милиции – а он живет в Харькове – за то, что нашел без вести пропавшего мальчика. Поедем-ка к нему на сеанс, из десяти человек восемь он вылечивает». Промозглой, серой и слякотной зимой мы приехали в Харьков. Огромная толпа народа ждала в неказистой, довольно неухоженной больнице железнодорожного управления. Здесь были люди разных возрастов, социального положения и достатка. Но всех их объединяло одно: горе и вера в то, что Дубровский поможет им. Лечебные сеансы проводились в зале. Дубровский говорил, что заполненный публикой зал своей энергией помогает ему. Большинство людей заряжены положительной энергией, а скептики и неверующие – отрицательной. Но энергия едина, и дело врача направить ее на добро.Насколько мне помнится, он не брал денег с больных и говорил, что если бы он прожил еще сто лет, то каждый день должен был бы принимать по двести человек – столько было желающих получить его помощь. Итак, в небольшом зале, из окна которого были видны крыши и унылые коробки зданий нового Харькова, на стульях, а то и на полу сидели набившиеся в зал больные и их родственники.Сегодня Казимир Маркович проводил два сеанса: один – от заикания, другой – от курения. Десять человек от двенадцати до семидесяти лет, страдающих заиканием, выстроились вдоль серой больничной стены, словно перед расстрелом. Воцарилась тишина. Казимир Маркович начал: «Сейчас я хочу только спросить каждого из вас, как ваше имя, отчество, фамилия и сколько вам лет. Начнем с вас, – показал он на средних лет мужчину, с надеждой смотрящего на него. – Итак, скажите ваше имя, отчество и фамилию».На лице пациента, вдруг потерявшего веру и надежду, появилась маска клинического равнодушия и отчаяния. Мучительно глядя в пол, он начал: «Ни-ни-ни-к-к-к-олай.» Больной словно захлебнулся и замолчал. «Пока вам тяжело говорить», – подтвердил Дубровский. «А ну, пожалуйста, Вы, – обратился он к стоявшей рядом в шеренге девочке. Она вздрогнула, как птичка, и, глядя большими серыми глазами в лицо целителя, жалобно, словно пританцовывая, нараспев пропела, содрогаясь от внутренней конвульсии: „М-м-ма-а-а-а-рин-на“. На таком уровне оказались все; один человек, сделав попытку заговорить, смог только пошевелить губами и отказался от нее, ощущая всю ее безнадежность. Воцарилась зловещая тишина. Михалков шепнул мне: „Д-д-да мы по сравнению с н-н-н-ними говорим как Демосфены. Стыдно у н-н-него в-в-в-время отнимать.“ Я не мог удержаться от ответа: „Не забывайте, Сергей Владимирович, что Демосфен, который, кстати, был славянского происхождения, поначалу тоже заикался и имел при этом слабый голос. Недаром он, набирая в рот морскую гальку, произносил речи, стараясь такими упражнениями преодолеть свой дефект. И как заика заике, ибо сам после блокады вынужден был на уроках отвечать письменно, напомню вам такой случай. Демосфен одному робкому оратору, боящемуся говорить перед толпой, задал вопрос: „А скажи, друг, побоялся бы ты говорить перед ремесленником, расписывающим вазы?“ „Конечно нет!“ – ответил оратор. Демосфен допытывался: „А ты побоишься говорить с философом, солдатом, женщиной, моряком?“ «Конечно нет, – повторил ответ застенчивый оратор своему учителю. «Так почему же ты боишься говорить с ними, когда они собраны все вместе, а это и есть толпа?!“ – удивился Демосфен. «Ну насчет того, что он славянин, – это все твои с-с-славянофильские штучки», – начал было возражать Михалков… К нам наклонился ассистент Дубровского и попросил: «Не разговаривайте, пожалуйста». Мы сидели на стульях в трех метрах от Казимира Марковича. В гробовой тишине он возвысил свой уверенный, исполненный внутренней силы голос: «Через несколько минут, дорогие друзья, вы все начнете говорить. Вы сможете объясняться в любви, спокойно общаться с продавцами магазинов, читать стихи, и кто-то из нас, – смягчился его голос от внутренней улыбки, – даже сможет работать диктором на радио. Я снимаю с вас страх произнесения первого слова. Я сейчас горю, как свеча, зажженная с двух концов, – мне помогает энергия зала. Думайте про себя: „Мы можем! Мы можем говорить, потому что хотим этого“. Я сейчас подойду к каждому из вас и дотронусь до того места лба, где, как полагали древние, заключен третий глаз человека. Наши далекие предки – арии – ввели в Индии обычай отмечать это место у женщин красным кружочком на лбу». Дубровский, как полководец перед битвой, подошел к каждому из шеренги жаждущих исцеления и коснулся пальцем точки над переносицей. «Что вы опустили взгляд? Смотрите мне в глаза!» – потребовал он у одного. Отойдя от них, Дубровский продолжал: «Когда вы через три минуты заговорите, следуйте только одному правилу: спокойно наберите воздух и постараитесь, как певцы, сосредоточить внимание на гласных. Например: те-е-е-пло, лю-юю-бовь… Ну, а теперь, – вонзил он взгляд в лица людей из шеренги, – кто первый хочет сказать? Но не надо пока говорить, а только поднимите руку».Подняли руки маленькая девочка и седой человек в военной гимнастерке, на которой были колодки орденов и медалей. «Ну, давай начнем с тебя, – сказал Казимир Маркович девочке. – Не спеши, скажи мне, как тебя зовут и в каком классе ты учишься?»Зал онемел в ожидании чуда, веря в него и не веря. «Смотри мне в глаза и отвечай», – властно сказал Дубровский. И произошло чудо: нежным и сильным голосом девочка спокойно сказала, восторженно глядя в глаза Казимиру Марковичу:«Я – Марина Сидорчук, ученица третьего класса.». Зал ахнул, и почти у всех нас выступили слезы на глазах. Единственный, кто остался невозмутим, – это Казимир Маркович. Как бы не чувствуя великого момента обретения речи, – спросил: «Прочти нам стихотворение Пушкина, которое ты знаешь». Она начала: «Мороз и солнце, день чудесный…», и вдруг, опустив глаза, запнулась. Лицо ее приняло на какой-то момент выражение неверия и муки. «Ты стала новой! – строго сказал Дубровский. – Не вспоминай того, что было. Пой гласные». Девочка подняла глаза, и мы услышали: «Мороз и солнце, день чудесный. Еще ты дремлешь, друг прелестный. Пора, красавица, проснись…»«Хватит, – заключил он. – Кто следующий?» Плачущие родители прижимали к сердцу свою девочку. Заговорили и все остальные…"

ДУБРОВСКИЙ - ПЕРВЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ

И Александр Довженко, и Анатолий Кашпировский, столь известные ныне, с гордостью называют себя учениками Казимира Марковича Дубровского, первого нашего психотерапевта в том смысле, который получило это слово в современном обиходе.Судьбе было угодно сделать так, чтобы я познакомился с ним на самом пике его популярности и неожиданно свалившейся на его постаревшую голову славы. Дело в том, что ещё с четырёхлетнего возраста мне пришлось мириться с недугом заикания, что было следствием детских шалостей на пружинной сетке кровати и последовавшего за ними удара головой о пол. Тот, кто знаком с этой напастью только понаслышке, никогда не поймёт, насколько она сковывает и ограничивает возможности человека. Если в школе до поры до времени, а именно - до времени взросления, это было ещё вполне терпимо и не помешало даже окончить школу с золотой медалью, то в институте уже отвечал преподавателям и сдавал все экзамены только в письменной форме. Настоящие траблы начались с получением диплома и выходом на работу. Работа конструктором за кульманом, казалось бы, самое то для заик, но и здесь неизбежны согласования, собрания, командировки. Особенно мучительны для заик звонки по телефону незнакомым людям, буквально ввергающие их в ступор, поэтому они предпочитают конфузу с брошенной абонентом трубкой личную встречу, если даже им для этого и придётся проехать пол-Москвы. И вот весной 1961 года, когда мой трудовой стаж исчислялся всего лишь полутора годами, попадается на глаза "Литературная газета" со статьёй писателя Сергея Львова о кудеснике из Харькова - психотерапевте Дубровском, делающим из заик мастеров красноречия. "Писать в газету" было нормой тогдашней жизни. Не удержался и я, мало надеясь на благоприятный результат. Но случилось чудо: неожиданно прямо на работу мне позвонил сам писатель и сказал примерно следующее: "Казимир Маркович сейчас настолько обескуражен огромным наплывом желающих излечиться, что просил никому не давать больше его адрес. Но Ваше письмо меня растрогало, и я сделаю для Вас исключение". Мой начальник отдела, свидетель всех проблем и мучений, тут же выписал мне командировку на один из харьковских заводов нашего министерства, и на другой день я уже прибыл на вокзал этого, когда-то столичного, украинского города. Устроившись в местной гостинице с непритязательным названием "Дом колхозника", зашёл на колхозный базар по соседству, могущий поспорить пышным разнообразием с Сорочинской ярмаркой, где обзавёлся таким же пышным огромным букетом, напоминающим цветочную пирамиду, вершину которой венчали разноцветные метёлки гладиолусов. Имя Сергея Львова было тем паролем, который открыл мне двери одноэтажного домика с палисадничком на городской окраине, и сердца милой супружеской четы, приветливо встретившей незнакомца. Скажу честно: мне, двадцатилетнему, они показались тогда глубокими стариками, особенно сам Казимир Маркович. Едва я успел свой образец украинского кича передать в руки милейшей Елены Александровны, как радушный хозяин, взяв мои обе руки в свои, пригласил меня в свой "кабинет", роль которого изображал большой письменный стол в углу.Лицо Дубровского было изборождено глубокими морщинами - только много лет спустя довелось узнать их причину. Но при первом же взгляде на него, при первых звуках голоса властно покорял шарм интеллигентности, мудрости и, если хотите, породы. После непродолжительной беседы его обаяние овладело мной настолько всецело, что казалось, будто знаю его всю жизнь. На другой день, в стенах железнодорожной поликлиники, где принимал врач Дубровский, состоялся сам сеанс излечения, "материализации духа и раздачи слонов". Построив нашу группу, человек пятнадцать, около стены, он начал с того, что объявил: "Сейчас я силой своего взгляда и своей воли буду швырять вас на стену. Вы пытайтесь мне противиться, если сможете, но я всё равно вас заставлю взглядом это сделать". Едва он вперил взгляд в первого с краю, как тот послушно отвалился к стене. Если с кем-то происходила заминка, слышалось его зычное: "Ну!", и тот немедленно сдавался. Дошла очередь и до меня. Подумал про себя: "Ну на меня-то эти дешёвые приёмчики не действуют", но, как только он пронзил меня каким-то сверлящим насквозь взглядом...вдруг почему-то сразу расхотелось сопротивляться. И я тоже покорно отвалился назад. Потом было ещё много чего: и всеобщий катарсис, и состязание в красноречии бывших больных, и слёзы и вопли потрясённых родителей и прочей публики. Кашпировский, тогда ещё неизвестный, здесь отдыхает.Лучше, чем наш знаменитый художник Илья Глазунов, вряд ли смогу написать, поэтому самое время и ему предоставить слово.